Если ты в процесс игры
Сильно увлечённый,
Съешь две баночки икры
Красной или чёрной.
Чтобы всё пошло лекго
Это по желудку,
Ты запей Вдовой Клико
Их через минутку.
А потом спой песни ртом,
И предавшись лени,
Уложись своим хребтом
Прямо на ступени.
Только прежде, чем уснуть,
Тормозни планету.
И при этом не забудь
Подстелить газету.
Умнее зитро
Мороз и солнце; день прекрасный!
Еще ты дремлешь, друг? Напрасно –
Пора, красавица, вставай:
Протри глаза - уже не вечер,
Авроре северной навстречу
Звездой полярной воссияй!
Вечор, ты помнишь, злилась буря,
И мгла носилась, брови хмуря;
Луна, как бледный мутный тор,
Желтела сквозь густые тучи,
Грустна была ты и колюча –
А нынче... погляди во двор:
Под небом, синим небывало,
Великолепным покрывалом,
Снега лежат, искрясь слегка.
Лишь лес стоит окоченелый,
И ель видна сквозь иней белый,
И подо льдом блестит река.
Янтарный луч залил, играя,
Всю комнату. В печи сгорая,
Дрова трещат. Огонь горяч.
У печки разве не сомлеть ли?
Но знаешь: в санки не велеть ли
Кобылку бурую запрячь?
Скользя по снегу, друг мой милый,
Давай доверимся кобыле -
И понесется вскачь стрелой
Она пустым полям навстречу,
Лесам, уснувшим недалече,
На берег, сердцу дорогой.
sharada1966alx, а ты не Пушкин ???
Не, у него рифмы слабее. Но он успел первым! 
Это можно петь на мотив песни "Я бреду по бездорожью.."
:
Бодрый дух в здоровом теле
Оказался на мели.
Все куда-то улетели
Птицы белые мои.
Сонм явлений, цепь событий,
Крен судьбы, тяжёлый рок...
Песни спеты и забыты,
Их уносит ветерок.
Демонических прелюдий
Окружает перестук.
Предо мною рябь иллюзий,
Спинка стула и сюртук.
Мир заснеженный и скользкий,
И кругом духовность скреп...
Как когда-то пел Никольский,
Кто прозрел, а кто ослеп...
Мою крепость, мой дом охраняют тяжёлые двери,
За дверями беснуется злобная вьюга-метель.
Я недавно поднявшись из тёплой уютной постели,
Занимаюсь при помощи пилки шлифовкой ногтей.
Я сижу, погружён в элегантное мягкое кресло,
А напротив наполнен дровами пылает камин.
И от этой блаженной идиллии я, если честно,
Ощущаю себя как потомственный, б...ь, дворянин.
Но когда я себе подливаю кубинского рома,
Каждый раз возникая и портя слегка аппетит,
За окошком мерещится стартовый стол космодрома
И корабль, который уже никогда не взлетит.
Кастрюли и салатницы руками
Помыты и поставлены на полки,
А в доме, что напротив, светляками
Мигают неразобранные ёлки.
Доедены последние икринки
Под отзвуки торжественного тоста.
Отсмотрены фейсбучные картинки,
Тупые на процентов девяносто.
И мы, одевшись в ватники и польта,
Работаем, живём и твёрдо верим,
Что холодно, зато не очень больно.
До лета пол-зимы да март с апрелем.
Мы движемся вперёд как будто сами,
Мы за руку ведём тех, кто нам дорог,
И спорим с желторотыми юнцами,
Которым, на секундочку, за сорок.
Мы воздвигаем оборону тыла.
Мы обставляем повседневность быта.
Чтоб через год из душа окатило.
Водою. Тёплой. В ванне. Ипполита.
Не рассуждай. Не хлопочи.
Будь аккуратнее и чутче.
Напился водки - не кричи.
Стихов не надо - ты не Тютчев.
И голос свой не тренируй,
Ты не Лучано Паваротти.
А если сел зимой за руль,
Притормози на повороте.
Не забывай надеть пальто,
Сейчас пока ещё не лето.
Не брызгай воду в решето.
Не писай мимо туалета.
Не будь тупым и не остри,
Мы не шуты на балагане.
Гитару нафик убери,
Ты всё равно не Сатриани.
Помой посуду, а потом
Пристройся незаметно сбоку.
Разрешено вильнуть хвостом.
День пережит - и слава богу.
Короткие линии-вспышки
И дымка туманного флёра.
Солдат с пулемётом на вышке
И ракушка-будка суфлёра.
Здесь в рамках большого сеанса
Длиной от рожденья до гроба
Живут обитатели транса,
На каждом поставлена проба.
На всех группа крови и номер,
На шее латунный бубенчик,
Здесь каждый, пока он не помер,
Исправный налогоплательщик.
Здесь время и место подскажут
Желающим выпить и дунуть.
Примерно и строго накажут
Любителей мысли подумать.
Метаться не стоит пытаться,
Тут все оптимизм излучают,
Кружатся в безудержном танце
И этого не замечают.
При этом нисколько не важно
Быть первыми или вторыми.
А если становится страшно,
Тогда в небольшом перерыве
Возникнет мохнатая лапа,
Держащая золота слиток,
И вновь загорается лампа
И надпись "возьмите напиток".
Полна бесконечного счастья
Бурлит ледяная каверна.
И я её крохотной частью
Пристроился с краю, наверно.
Дельцы столкнулись лбами
На саммите в Давосе.
Я еду за грибами
На быстром паровозе.
Мне в тот Давос не надо,
Мне не нужна Женева,
Когда сквозит прохлада
Безоблачного неба,
Когда блестят росинки,
Когда цветут ромашки,
Пусть кто-то лепит ссылки,
Печатает бумажки,
Пусть как пчелиный улей
Гудит усталый Цюрих,
Я мчусь по лесу пулей
С корзиной жёлто-бурых,
Зелёных, красных, рыжих,
Коричневых и белых.
Зачем мне быть в Париже,
Когда заложен в генах,
Прописан на подкорке
Весь розыгрыш расклада,
Поэтому в Нью-Йорке
Мне ничего не надо.
Пусть стряпает политик
Безумную таблицу,
А я подвину листик
и отыщу грибницу.
Сыплет, сыплет мелкий дождик,
Ночь чернеет впереди.
Нарисуй меня, художник,
С орденами на груди.
Чтобы звёздочек по паре
Было с каждой стороны,
За победу в холиваре
И за взятие луны.
За сто тыщ пицот репостов,
За вставание с колен.
Штуки три за то что просто
Я пока не старый хрен.
За проставленные лайки,
За давнишние грехи.
По серебряной медальке
За хорошие стихи.
Я стою, преуспевая,
Эксклюзивен мой фасон.
И спина моя прямая,
И грудина колесом.
И глаза полны отваги,
Взгляд сражает наповал.
Вот такой я на бумаге,
Эталонный виртуал!
Если в пять часов утра
Ощутился голод,
Это значит, что пора
Мне покинуть город.
Чтоб поверить в волшебство
И обнять сосёнки,
Там, где детства моего
Чистые глазёнки.
Вас болтает в набитых трамваях,
И корёжит от смога, а я
Отдыхаю с семьёй на Гавайях,
Потому что бабла дох(рена).
У меня королевы и принцы
Собрались за столом, а у вас
Только семки, окурки и шприцы,
Да просроченный кислый пивас.
Я имею в Британии замок
И поляну для гольфа, а вы
То слоняетесь в поисках самок,
То бухаете до синевы.
Я катаюсь как масло по сыру,
Но однажды, почуяв нутром,
Я пришёл к таковому посылу,
Что живу кагмудаг за бугром.
Мне давно всё ни разу не мило,
И под звон золотистых монет
Я кошусь на верёвку и мыло
В том углу, где стоит табурет.
Вот опять я на светской тусовке.
За роялем вспотевший тапёр.
Моё имя Борис Березовский
(если кто-то ещё не допёр)
Молчит зверьё, уснули рыбы,
Лишь ручка пишет в протокол:
Души прекрасные порывы!
(там где "души" - это глагол)
Всем глубоко на это пофиг,
Зело блаженен этот сон,
Хорош для печени и почек,
Что просыпаться не резон.
А я проснусь и правду выдам:
В любую сторону взгляни -
Повсюду смогом ядовитым
Висит предчувствие херни.
Товарищ, встань! Пока ты молод,
Пока не превратился в тлен,
Рисуй на стенах серп и молот
И поднимай страну с колен!
Будь хорошо организован,
А кто не с нами - тем война.
И на развалинах часовен
Напишут наши имена.
Здесь зайцы, ежи, косули
И чьи-то следы от лыж.
А в городе, там сосули
Свисают с карнизов крыш.
Здесь воздух звенит прохладной
Кристальною чистотой.
А в городе у парадной
Электорат пропитой.
Здесь мифы, мечты, легенды
Тотчас превратятся в быль.
А в городе реагенты,
Зловоние, грязь и пыль.
Здесь грозы в начале мая
И капли живой росы.
А в городе громко лают
РежЫма цепные псы.
Здесь ярко в начале лета,
Здесь дивно в его конце,
А в городе сигарета
И занятость на лице.
Я здесь бы пожил бы месяц,
И спать залезал в дупло,
Но город, хотя и бесит,
А всётки даёт бабло.
За окном чернеют лужи,
Дремлет мутная река.
Я сегодня бью баклуши
И валяю дурака.
Котелок картошку варит,
Печь готовит пироги.
В виде трупов проплывают
По реке мои враги.
Со стены вещает телек,
Передачи в нём просты:
Половина из истерик,
Половина из туфты.
Я смотрю без интереса,
Им не веря ни на грош.
Я бы правды вам нарезал,
Только затупился нож.
Ракета на стареньком вымпеле,
А вымпел висит на ковре.
Сегодня собрались и выпили
Компанией мы во дворе.
Мы пили за космос, за Юрия,
Как лозунг скандируя тост.
А после следы бескультурия
Прибрали. Ведь всё-таки пост.
